КупитьПродатьАрендаРемонт

Вы найдете здесь всё про электромузыкальные инструменты!

КлавишныеЗвук.модуль/ тон-генераторМодульная системаБас, драм, перкуссияДр.инструментыDJПрограммы
ЭлектрогитарыПедали, процессорыУсилителиТюнеры, метрономы
Вид/ тип/ класс инструментаСтраны и нас.пунктыНазначение/ состояние

Один из самых известных в мире гитарных брендов, которым владеет компания «Hoshino Gakki», расположенная в городе Нагоя, Япония. Первая японская компания, производящая музыкальные инструменты, сумевшая добиться успеха в США. Инструменты «Ibanez» ценятся за соотношение «цена/качество», а так же специфики форм, новаторства и качественной сборки.

Краткая история/ технические и технологические достижения:

История «Ibanez» — мирового лидера по производству гитар, начинается в Японии. Компания была основана в 19 веке, семьей Хошино. Изначально члены семьи, занимались поставкой учебников и имели свой собственный книжный магазин. В 1908 году, ассортимент книжной лавки был расширен, т.е. на прилавке появились гитары. Заниматься реализацией поставок, было поручено одному из членов семьи, а именно Йошитаро Хошино (на тот момент ему было всего 23 года). Именно он стал нарабатывать первую клиентскую базу.

С первых месяцев, после занятием им должности, продажа музыкальных инструментов существенно выросла, что позволило расширить отдел из помещения книжной лавки, в полноценную оптовую компанию. Однако название «Ibanez» появилось не сразу, первые гитары получили название «Salvador Ibanez». Теперь история нас переносит из страны восходящего солнца, в Испанию, так как именно там была открыта гитарная мастерская. Она открылась задолго до основания семьей Хошино гитарного отдела в своем бизнесе, а именно в 1875 году. Мастерская была основана Сальвадором Ибаньесом, но уже к 20-му веку, маленькая гитарная мастерская уступила место полноценной фабрике, производящей гитары. Сальвадор Ибаньес умер в 1920 году, после его смерти, его дело перешло к сыновьям, став семейным.

Гитары «Salvador Ibanez» были простыми, но красивыми инструментами, разработанными для использования с металлическими струнами либо со струнами, изготавливаемыми из кишок. Они моментально завоевали успех у разбирающихся в музыке японцев, занятых поиском новых увлечений, и к 1935 году спрос на гитары превысил производственные возможности фабрики «Salvador Ibanez». В ответ на это компания «Hoshino Musical Instrument Company», теперь возглавляемая Йошитаро Хошино, сыном Матцухиро, начала самостоятельно производить инструменты. На первой фабрике Хошино, расположенной в районе Ясуда Дори, Шова-ку, город Нагойя, работали тридцать мастеров, тщательно собиравших первые гитары под именем «Ibanez». К концу десятилетия компания поставляла небольшие партии инструментов на экспорт в Корею, Северо-восточный Китай, Россию, в южноазиатские островные государства, а также в США.

Однако успех длился недолго. Вторая Мировая война практически погубила фабрику Хошино, когда правительство приостановило производство всех товаров не первой необходимости. Йошитаро пришлось производить другую продукцию, в том числе деревянные ручки для мешков. Хошино, у которого четыре сына ушли на фронт, принял тягостное для себя решение закрыть семейный бизнес. Во время бомбардировки в марте 1944 года фабрика в Шова-ку была разрушена до основания. Хотя получилось так, что Йошитаро потерял все, ему невероятно повезло в том, что все его четыре сына вернулись домой невредимыми и в 1948 году он сделал то, что делает каждый удачливый предприниматель, когда сталкивается с поражением – он начал все сначала.

«История компании Ibanez, по сути, является историей личных побед семьи Хошино», —говорит юрисконсульт Рональд С. Бинсток, бывший советником компании по правовым вопросам в США в середине 80-х.

Среди небольшого числа вещей, не уничтоженных в годы войны, был список контактов зарубежных заказчиков Хошино. Это дало ему преимущество перед конкурентами, и компания стала процветать. Одной из первых успешных попыток наладить экспорт в США стала поставка партии гитарных медиаторов. В то время, как большинство медиаторов лишь имитировали черепаший панцирь, медиаторы, поставляемые Хошино, были сделаны из натурального материала (то есть панциря черепахи), благодаря чему они стали очень популярными. Спрос на медиаторы позволил компании заработать достаточно средств, чтобы снова сосредоточиться на выпуске струнных инструментов.

«На протяжении начала 80-х годов спрос на определенные типы гитар менялся, — припоминает Сатриани, — работая в гитарном магазине, я мог видеть все это изнутри. Старые гитары раскупались моментально; к нам часто приходили японцы и покупали инструменты ценой за несколько тысяч долларов сотнями. В то же время, мы получали много японских копий американских моделей. Отношение к японским гитарам было таково, что они были весьма доступными, но многие из них действительно были не очень хорошего качества. Но какие-то экземпляры были вполне неплохими, и было похоже на то, что некоторые японские производители вкладывают много труда в свои инструменты, в определенных случаях поднимая планку качества, и это было замечательно».

Эра «копий», особенно это касается японских моделей, наводнивших США, началась в середине 60-х годов. Подобно другим японским производителям гитар, Хошино отреагировал на влияние «the Beatles» и наступление эры рок-н-ролла выпуском серии электрических гитар. Компания «Hoshino», возглавляемая после смерти Йошитаро в 1963 году его сыновьями Риохеи, Джампеи, Масао и Йошихиро, начала производить плохие копии американских моделей. Вскоре, однако, компания уже производила высококачественные реплики гитар, которые, в некоторых случаях, уже не производились.

Не потребовалось много времени, чтобы покупатели заметили, что качество многих из этих копий превосходит качество оригиналов. В частности, это заметил Гарри Розенблум. Помимо владения невероятно популярным магазином музыкальных инструментом под названием «Medley Music», расположенным в пригороде Филадельфии, Розенблум приобрел деревообрабатывающую фабрику и начал производить гитары. Его компания, названная «Elger», выпускала гитары ручной работы тысячами. В 1970 году под влиянием рыночного спроса Розенблум стал импортировать японские гитары, большинство из которых были сделаны на фабрике «Hoshino».

Розенблум находился под таким впечатлением от «Hoshino», а «Hoshino» от Розенблума, что вскоре последовали переговоры о сотрудничестве. Розенблум, имевший кое-какие познания о производстве, дистрибуции и продаже гитар, дал представителям компании «Hoshino» потрясающий совет по тому, как завевать американский рынок: делать гитары лучше. По мнению Розенблума, люди готовы заплатить несколько лишних долларов за действительно прекрасный инструмент, который был бы правильно настроен и пригоден к использованию «прямо из коробки».

Для представителей компании «Hoshino» слова Розенблума стали мандатом, причем предоставляющим им свободу. Те дни, когда слова «Сделано в Японии» означали низкую цену, но никак не качество, канули в лету. «Осознание этого и сыграло решающую роль, — подтверждает Бинсток, — в течение долгих лет японским производителям предписывалось снижать цены, но никто никогда не говорил им: «Сделайте лучшую мышеловку». Сегодня это звучит так просто, но в то время такое предложение посчитали довольно радикальным».

Компания «Hoshino» начала производить лучшие гитары, которые выдерживали негативное влияние смен климата и путешествий, и которые сочетали высочайшее качество и пригодность к игре, будучи извлеченными «прямо из коробки». Невероятно, но компания смогла воплотить все это в жизнь, сохраняя при этом низкие цены. Розенблум был воодушевлен успехом, и 1 сентября 1972 года компания «Elger» стала эксклюзивным дистрибьютором гитар «Ibanez» в США.

Однако именно в этот момент вся история компаний «Hoshino/Ibanez/Elger» замедляет свое развитие. В компании приходили многие очень талантливые и дальновидные управленцы, но ни один из них не сыграл решающей роли в успехе гитар «Ibanez» до прихода Джеффа Хасселбергера.

Иконоборец и рекламный агент, Хасселбергер также активно интересовался разработкой, маркетингом, рекламой и отношениями с артистами, и он был одержим идеей заставить влиятельных музыкантов играть на гитарах «Ibanez». Его присутствие за кулисами в концертных залах Филадельфии «Civic Center» и «Spectrum» было столь неизменным и постоянным, что его пропускали всюду без проверки пропуска.

Упорство Хасселбергера было вознаграждено: Стив Миллер, один из самых известных концертирующих артистов в семидесятых, появился на обложке каталога «Ibanez» 1977 года, держа в руках свой собственный «Ibanez» модели «2622 Artist». Другими главными эндорсерами были Пол Стенли, Рэнди Скраггз, Карл Перкинс, Куб Кода и Джерри Гарсиа со своим сотоварищем по группе «Grateful Dead» Бобом Уиром.

Будучи рокером в душе, Хасселбергер, тем не менее, обратил свое внимание и на артистов других жанров. В Джордже Бенсоне он увидел гитариста, обладающего несравненным вкусом и мастерством. Бенсон, чье влияние распространялось на мир рока, джаза и попа, относился очень требовательно к своим гитарам, и в Джеффе Хасселбергере он нашел человека, который прислушивается к его идеям. Бенсон достал лист бумаги и нарисовал гитару, которая и стала его именной моделью «GB10». Эта гитара имела корпус с одним вырезом, сделанный из клена и ели, два «плавающих» звукоснимателя и специальный двухуровневый струнодержатель, который Бенсон мог подстраивать во время выступления. Более того, постоянно ездящий в турне гитарист указал, что корпус гитары должен быть шириной 14,5 дюймов для того, чтобы он мог класть инструмент на багажную полку в салоне самолета.

В то время, как «Ibanez» стали уделять внимание инструментам оригинального дизайна, основным хлебом компании все же оставалась невероятно популярная серия реплик. По мнению Хасселбергера, однако, было недостаточно просто делать «точные копии» американских моделей; гитары «Ibanez» должны были привлечь покупателей тем, что инструменты должны быть отлично собраны и не быть полностью «содраны» с оригиналов. «Если вы предлагаете людям нечто большее, чем просто точная копия, им это понравится», — говорил Хасселбергер.

Компании «Gibson» это не понравилось. Многоуважаемый производитель гитар был не в восторге от практически точных копий его прославленных моделей «Fling V», «SG» и «Les Pau»l от «Ibanez», и 28 июня 1977 года компания «Gibson» официально подала иск против копании «Elger».

«Этот иск Gibson во многом помог «Ibanez», — говорит Пол Спехт, сегодняшний директор по связям с общественностью компании «Ibanez», — сосредоточив так много внимания на качестве гитар «Ibanez», «Gibson» создала нам своего рода невольную рекламу». Кот был извлечен из мешка, и люди поняли, как хороши гитары «Ibanez», а также поняли торговцы на выставке «NAMM», а к тому времени мы были на пути к тому, чтобы полностью перейти на производство гитар оригинального дизайна. Дало ли это судебное дело поддержку для «Ibanez»? Разумеется. Но в любом случае наш план уже был в действии».

Предугадать будущее искусства и коммерции было бы нелегким делом даже для заядлого спорщика, и компания «Hoshino U.S.A.» (новое наименование с сентября 1981 года) тоже допустила ряд промахов: «Цифровая революция», с гордостью провозглашенная в 1984 году, окончилась уже к 1985 году, и это становится ясно любому, стоит лишь взглянуть на рекламу MIDI-гитары «Ibanez» (на которой, в частности, были фото Эдди Мартинеза и Стива Хоу из группы «Yes»). "MIDI-гитара…" — вздыхает Билл Рейм, сегодняшний президент компании «Hoshino U.S.A.», — да, это была не такая уж и новая идея, хотя в то время казалось иначе». Рейм, барабанщик, обладающий яркой внешностью, был помощником Джеффа Хасселбергера до 1982 года, когда Хасселбергер покинул компанию, чтобы открыть собственное рекламное агентство. Рейм участвовал и был инициатором многочисленных рекламных акций и модификаций инструментов. «Большую часть времени дела шли довольно гладко, — говорит Рейм, — но мы столкнулись и с некоторыми сложностями. Японцы имеют тенденцию сильнее стремиться к консервативности, чем мы, и это понятно – это ведь их деньги. Но я считаю, что нам необходимо было создавать собственное лицо, которое бы не было связано с производством копий, а для них это был настоящий переворот. Это было забавно, мы проводили как будто секретную операцию. Дизайнер Рич Ласнер и мастер по прототипам Мейс Бейли работали над формами и дизайном, я потом приходил я и говорил: «Х-м-м-м… выглядит неплохо, но как насчет того, чтобы сделать корпус вот таким? Или как немного насчет того, чтобы сгладить вот здесь?» Их лица начинали дрожать, потому что они думали о том, что скажут обо всем этом японцы, но их это все же увлекало. Хорошее было время».

Наиболее заметной из всех перемен, внесенных Реймом, стала доработка тремоло на модели «Roadstar». Оригинальная тремоло-система модели «Hard Rocker» была заменена на тремоло «Edge», вытесненное, в свою очередь, знаменитой системой «Floyd Rose». Благодаря всем этим переменам, модель «Roadstar» стала одной из первых "шреддерских" гитар, получивших всеобщее признание. «В тот момент это было вопросом жизненной важности, чтобы японские гитары имели все лучшие характеристики американских гитар, — объясняет адвокат Бинсток, — главным образом это касалось возможности глубоко понижать строй нажатие рычага. Если ты не мог этого сделать на своей гитаре – извините, ты был вне игры. Когда вышла модель «Roadstar», оснащенная тремоло «Floyd Rose», не говоря же о звукоснимателях «DiMarzio», молодые "хэви-металические" гитаристы приходили в музыкальный магазин и точно знали, чего они хотят».

И все же одной составляющей по-прежнему недоставало в успешной истории компании «Ibanez» – лица. В 1986 году Рейм побеседовал с новыми работниками компании Ричем Ласнером, Джимом Донахью и Мейсом Бейли на тему того, какой гитарист мог бы вознести «Ibanez» на самую вершину рынка музыкальных инструментов. «Решение было единогласным, - вспоминает Рейм, — как только прозвучало имя Стива Ваи, мы остановили свои поиски. Теперь нам нужно было заполучить его».

Заполучить его или хотя бы получить к нему доступ было нелегким делом — для Ваи сама идея быть эндорсером каких-либо гитар звучала как проклятье. Этот гитарист уже стал легендой в кругу серьезных музыкантов, когда Дэвид Ли Рот пригласил его присоединиться к группе — эта честь, оказанная Стиву, вознесла его статус до уровня гитариста, который до этого играл с Дэвидом – Эдди Ван Халена.

«В ту самую минуту, как я впервые вышел на сцену с Ротом, все стали превозносить меня», — говорит Ваи, — и я понимаю, почему — ведь я был, по сути, человеком, шедшим по стопам Эдди. Я также отнесся к этой роли крайне серьезно, но я был очень требователен к гитаре, на которой играю. Я считал, что никто не сможет сделать того, что мне требуется».

Ваи пытался сделать гитару, отвечающую всем его запросам, самостоятельно. «У меня был корпус от этого отвратительного зеленого «Charvel», разбитого мной. Я изменил глубину выреза, чтобы корпус соединялся с грифом на 17 ладу. У меня большие руки, что еще я могу сказать? Также я поставил другое тремоло. Мне не нравилось играть с обычным тремоло, я всегда думал: «ну почему все нажатием рычага опускают строй? Я хочу наоборот, подтягивать струны!» И Стив Ваи самостоятельно превратил это зеленое чудовище в гитару, которая более или менее соответствовала его целям. «Она была хороша постольку, поскольку я не мог найти другой устраивающей меня гитары».

Каждый производитель гитар, включая и «Ibanez», присылал Ваи гитары на пробу, но ничто не понравилось ему. «В итоге, я сам написал спецификацию и сказал им, что если они смогут сделать такую гитару, как здесь написано, тогда, возможно, у нас будет о чем поговорить. Я не хотел выставлять себя таким упрямцем, просто я каким-то образом хотел от всех отделаться. Я не верил ни на минуту, что кто-то сможет сделать то о чем, я просил».

Компания «Ibanez» не только полностью и буквально выполнила требования Ваи, но сделала это в течение трех недель. В результате вышла модифицированная модель «Maxxas», из серии «Ibanez Ultrathin», в итоге ставшая популярной моделью «Saber» или просто "S". Новый инструмент имел гриф с 24 ладами, два хамбакера «DiMarzio» и один сингл, выборку в корпусе под струнодержателем и – в соответствии с главным требованием Ваи – заказное тремоло «Floyd Rose», позволявшее подтягивать струны благодаря уникальному вырезу в форме "когтей льва".

Наиболее яркой чертой было покрытие ядовито-зеленого с розовым цвета, имитировавшее чешую змеи, что было сделано для того, чтобы привлечь внимание Ваи. Новую гитару положили под рождественскую елку Ваи (в этом помогла его мама), и она неплохо смотрелась на фоне праздничного убранства комнаты. Когда Стив взял гитару и стал играть, его сердце дрогнуло. «Я был поражен, — говорит он, смеясь, ؙ— каждая компания присылала мне свои стандартные модели с небольшим изменениями, и только «Ibanez» прочли мои мысли и увидели, что я хочу. Я не мог этому поверить».

Эндорсмент Ваи держался в секрете до выставки «NAMM» 1987 года, проходившей в Чикаго. Затем обе стороны сделали совместное заявление, сняв покрывало с новой гитары Стива Ваи, названной «JEM».

«В «JEM» действительно есть что-то от чуда, — говорит Вай, — я хотел создать нечто большее и значащее больше для меня. Этим стала гитара «JEM». Работая с Ричем Ласнером и Биллом Реймом, я смог высвободить всю свою творческую энергию. Гитара была изготовлена из липы, чего не делал никто. Вдобавок, там была сделана выборка под тремоло, был пятипозиционный переключатель звукоснимателей, 24 лада, зеленый цветочный узор, и, разумеется — ручка».

Да, знаменитая ручка. Поражаешься при мысли о том, о каких прежде недостижимых музыкальных высотах размышлял Ваи, предлагая сделать гитару, которая бы имела свою собственную ручку. «На самом деле, это полностью в моем духе, — смеется Стив, — иногда я делаю странные вещи. Я подумал: "А почему бы и нет?" Хотя это довольно практично. Это удобно — иметь возможность размахивать гитарой над головой во время концерта, держа ее за ручку. Кому бы этого не хотелось?»

Рейм недвусмысленно отзывается о вкладе Ваи и о его значимости для «Ibanez»: «Он сделал нас известными. Вклад Стива в развитие «Ibanez», начавшийся с модели «JEM» и продолжающийся все эти годы с его семиструнными моделями серии «RG», оказал на нас огромное влияние, он нас вдохновляет и побуждает к действию. Вы не можете даже примерно представить, как сильно его уважают в правлении компании. Модели «JEM» и «RG» являются произведениями искусства, и они могли возникнуть только в мозгу у Стива Ваи».

Так какой же мозг мог замыслить добавить седьмую струну к гитаре и с какой целью? Ваи душевно посмеялся над этим, но не дал прямого ответа: «Это вопрос из серии, как: «Почему у человека две руки? Почему две ноги?» Кто сказал, что у гитары не может быть восемь струн или четырнадцать? Мне нравится звучание семи струн, но мне с равным успехом могло бы понравиться звучание трех. Возможно, я просто не любитель четных чисел».

В течение того же года, что Стив Ваи заключил контракт с «Ibanez», Джо Сатриани также посетил офис компании «Hoshino U.S.A». в Бенсалеме. «Я должен признать, сперва я был настроен скептически, — говорит Сатриани, —но как только я поехал в турне в поддержку своего альбома 1987 года «Surfing with the Alien», я осознал, что я не могу брать свои дорогостоящие старые гитары на гастроли. Хорошей стороной успеха является то, что люди предлагают тебе вещи забесплатно — конечно, они все потом куда-то исчезают, когда ты находишься в забвении. Но как только я поиграл на том, что мне предложила компания «Ibanez», я решил: хорошо, я могу играть на любых гитарах, что мне дарят, но я хочу играть на этих гитарах».

Как и Ваи, Сатриани получил ключи от кондитерского магазина. За все годы его именная модель гитары претерпела значительные изменения; сначала это был модифицированный корпус от модели «Radius», который в дальнейшем превратился в полностью черный «JS1BK» (известный также под именем «Black Dog»), в хромированный «JS2» (который, несмотря на многочисленный попытки достичь идеального серебристого покрытия, был выпущен лишь небольшой предсерийной партией), в модели «JS3-JS5» с их сводящими с ума раскрасками, а также в гитару из прозрачного акрила «JS2K Crystal Planet», сделанную к Миллениуму. «Она не только выглядит невероятно круто, — говорит Сатриани, — она также имеет свое неповторимое звучание. Сустейн на ней также хорош, и едва ли не лучше, чем на любом инструменте с деревянном корпусом, на котором я играл».

Успех «Ibanez» рос невероятными темпами, но в начале 90-х годов компания столкнулась с силой, на какое-то время снизившей популярность ее инструментов: это была Сиэттльская волна гранджа. Внезапно («По-моему это случилось буквально за одну ночь, с понедельника на вторник», — шутит Сатриани) все, что было связано со шредом и металом, включая штаны из «спандекса», гривы волос, гитары острых форм и членство в Гитарном институте технологии (G.I.T.) стало неприемлемым для нового класса рокеров во фланелевых рубашках, в числе которых были «Alice in Chains», «Soundgarden» и «Nirvana». «Не то, чтобы мы прекратили продажи», — говорит Рейм, — мы топтались на месте в эпоху гранджа, но никогда не несли финансовых убытков. Однако я бы и не сказал, что группа «Nirvana» нам чем-то помогла».

Застой это был или не застой, однако множество семиструнных моделей серии «RG» пылились в магазинах во время расцвета гранджа и, следовательно, альтернативного рока. Но как только это движение сошло на нет, новая разновидность метала, соединявшая рэп и гитарную атаку грайндкора пришла ему на смену, возглавляемая звуком семиструнных гитар, перестроенный в низкий строй. «Ни одна группа не характеризует собой это движение так ярко, как эта молодая группа из Оранж-Канти по имени «Korn», — говорит Рейм, — господи, благослови их души».

Оригинальное звучание «Korn» во многом обязано "хулиганскому" голосу вокалиста Джонатана Дэвиса и гитарной работе Джеймса «Манки» Шафера и Брайана «Хэда» Уэлча. Пробиться сквозь рев Дэвиса с шестиструнной гитарой оказалось весьма трудной задачей, но когда Манки и Хэд открыли для себя модель «RG» с нижней струной "си" (которую они перестраивали в умопомрачительно низкий строй «ля»), они поняли что это та гитара, которая должна быть у них.

«Нижняя дополнительная струна открыла для нас огромную кучу новых возможностей», —объясняет Манки, — мы всегда хотели получить это тяжелое агрессивное звучание настроенной ниже гитары, не звуча при этом как дэт-металлические группы наподобие «Carcass». Как только я увидел семиструнную гитару «Ibanez», я понял, что мне нужно заполучить ее».

Рейм держит язык за зубами, когда речь заходит о планах «Ibanez» на будущее, но он оптимистически настроен насчет направления развития компании: «Мы еще не создали совершенную гитару. Я знаю, что это звучит странно, но учтите вот что: все остальные производители гитар сделали свои последние великие гитары 40 или 50 лет назад, и каждый из них до сих пытается повторить свой успех. Мы не отягощены этим консервативным мышлением. Музыка меняется, и мы меняемся вместе с ней; мы вдохновляем музыкантов, и они вдохновляют нас. Так жить намного веселее».